"Тольяттиазот" продолжает не исполнять касающиеся промбезопасности судебные решения при помощи частично сохранившейся после ряда уголовных дел коррупционной сети допутинских времен

Руководство «Тольяттиазота» продолжает идти на любые ухищрения, лишь бы не выполнять решения судов и не останавливать опасные производственные объекты, находящиеся в аварийном состоянии.

Еще 25 декабря 2019 г. Комсомольский районный суд Тольятти вынес решение о приостановке деятельности опасного объекта 1 класса опасности — «Склад сырьевой кислоты и щелочи». Суд вынес его повторно 16 января 2020 года, а Самарский областной суд оставил постановление суда первой инстанции в силе, но сократил срок временной остановки опасного объекта до 40 суток.

Но опасное оборудование по-прежнему продолжает работать, угрожая тысячам рабочих ТОАЗа и жителям Самарской области. Дело в том, что приставы неоднократно приезжали на завод, чтобы опломбировать аварийный склад. Однако ни технологами, ни инженерами приставы не являются, поэтому гендиректору Дмитрию Межеедову (на фото) и его заместителям Виктору Казачкову и Евгению Шибанову не составило труда ввести их в заблуждение. Им бы никогда не удалось этого сделать, если бы, как положено, поддержку им оказали технические специалисты Средне-Поволжского управления Ростехнадзора — Сливков, Лукьянова, Абдрахманова. Но все они раз за разом самоустранялись от проблемы. Интересно, что заставило инспекторов Ростехнадзора пойти фактически против самой идеи существования своего ведомства и солидаризоваться со злостным нарушителем?

Помогают с неисполнением судебных решений Межеедову и представители областной администрации, которым, видимо, хорошие отношения с руководством завода дороже, чем жизнь и здоровье жителей области. При администрации Самарской области недавно был создан некий «штаб по чрезвычайным ситуациям» с конкретной целью — любыми путями саботировать исполнение судебных решений, то есть, остановку опасного оборудования, находящегося в критическом состоянии. Курирует его работу не кто-нибудь, а первый вице-губернатор — председатель правительства Самарской области Виктор Кудряшов. Активное участие в работе «штаба по ЧС» принимает заместитель министра промышленности Самарской области, руководитель департамента нефтехимического комплекса Андрей Шамин, который постоянно присутствовал при визитах судебных исполнителей и помогал вводить их в заблуждение. Он же придумал разослать тревожные письма в крупные российские компании, где в красках и без всякой связи с реальностью описывал, как остановка опасного оборудования на ТОАЗе якобы оставит всю страну без аммиака и метанола.

Чтобы замаскировать истинную цель своей работы и создать видимость законности и конструктива, штаб придумал несколько красиво звучащих инициатив, в частности, «дорожная карта» для выполнений решений суда и план остановок опасного оборудования, который ТОАЗ обязался предоставить Ростехнадзору еще 19 февраля. Все это звучало невероятно представительно и конструктивно, но, как и ожидалось, никакого плана в надзорный орган предоставлено не было — все это оказалось лишь фикцией, призванной затянуть время и пустить общественности пыль в глаза. К сожалению, столь же ожидаемо, что нарушенные обещания и ложь руководства ТОАЗа Ростехнадзор снова воспринял как должное. Не удивительно это еще и потому, что 5 февраля в суде Ростехнадзор не потребовал дисквалификации Дмитрия Межеедова. Который, напомним, вообще не аттестован по правилам промышленной безопасности, которые вроде бы должен соблюдать.

Почему руководству ТОАЗа удается раз за разом почти демонстративно игнорировать решения суда? Причина проста — вокруг завода выстроена мощнейшая коррупционная сеть, начавшаяся формироваться еще в 90-е. Недавно основной владелец завода Сергей Махлай и экс-глава принадлежащего ему Тольяттихимбанка Александр Попов стали подозреваемыми в уголовном деле о покушении на дачу взятки в особо крупном размере (ч. 3 ст. 30 и ч. 5 ст. 291 УК РФ). Причем дать они ее пытались судьям Верховного суда РФ в обмен на отмену решения о взыскании с предприятия недоплаченных налогов.

Попов и Махлай уже проходят в качестве подозреваемых по уголовному делу об организации и участии в преступном сообществе (ч. 3 ст. 210 УК РФ). Кроме того, они являются подозреваемыми по делу о мошенничестве в особо крупном размере (часть 4 статьи 159 УК РФ) и неуплате налогов в особо крупном размере (часть 2 статьи 199 УК РФ). Сергей Махлай давным-давно не появлялся в России, а вот Александр Попов скрыться за границей не успел: банкир был арестован 31 мая прошлого года в аэропорту Внуково, откуда собирался вылететь в Грузию. С тех пор Басманный районный суд г. Москвы несколько раз продлял Попову арест, последний раз — 28 января.

По версии следствия, незаконные схемы вывода денежных средств с ТОАЗа с участием Тольяттихимбанка позволяли не платить налоги в колоссальных объемах, а налоговые органы теперь вынуждены их взыскивать за каждый год в судебном порядке. На данный момент только за 2008–2013 годы сумма подтвержденных всеми инстанциями доначисленных ТОАЗу налогов составила около 3,5 миллиарда рублей. Из выведенных из-под налогообложения средств формировалась «черная касса», из которой огромные суммы выделялись на взятки чиновникам, судьям и медийным персонам.

Коррупционная защита Махлаев показала себя во всей красе после того, как в 2012 г. СК РФ возбудил уголовное дело о мошенничестве в особо крупном размере, приговор по которому и был вынесен в прошлом июле. Требовать прекращения расследования в отношении беглых олигархов вдруг начали люди, не связанные ни с правосудием, ни с Тольятти, ни с химпромом, но с громкими именами и высокими постами, что наводит на определенные мысли о корыстных мотивах с их стороны.

В их числе, например, экс-сенатор от Марий Эл, депутаты Государственной Думы, руководители Центра политической информации и Института проблем коррупции, «народный экономист» и даже конспиролог. Особую роль в коррупционной сети Махлаев мог сыграть некогда высокопоставленный дипломат Сергей Орджоникидзе. Не зря он несколько лет заседал в совете директоров ТОАЗа, а когда от председательства в совете был отстранен Сергей Махлай, его сменил сын Орджоникидзе Петр. По имеющимся данным, именно Петр Орджоникидзе мог принимать активное участие в поиске посредников для передачи взятки судьям Верховного суда, и участвовать во всех переговорах с посредниками, и таким образом, вероятно, тоже мог быть соучастником этого преступления.

Периодически на сторону Махлаев с риском для собственной репутации и карьеры вставали судьи. Так, когда налоговики доначислили ТОАЗу налоги, судья Федерального арбитражного суда Московского округа В. А. Черпухина отменила это решение. Впоследствии налоги с ТОАЗа все равно были взысканы, а для судьи Черпухиной эта история стала одной из причин увольнения с грандиозным скандалом. А когда следователи пытались добиться удовлетворения ходатайства об аресте гендиректора ТОАЗа Королева, Нижегородский областной суд в лице судьи М. В. Юрина без достаточных оснований отказал им в этом. Странное решение вызвало недоумение у коллег Юрина и впоследствии было отменено, но к тому моменту Королеву удалось скрыться за границей, где он и находится по сей день. А судья Юрин был понижен в должности и теперь занимается рассмотрением мелких административных дел в районном суде.

Обширную коррупционную сеть и неограниченные финансовые ресурсы Махлаи использовали не только для развала уголовных дел против себя, но и для организации уголовного преследования своих оппонентов. Три года назад в Красноглинском районном суде Самары был вынесен приговор 73-летнему миноритарию ТОАЗа Евгению Седыкину, с ноября 2016 г. находившемуся под домашним арестом. Пенсионер, у которого Махлаи когда-то отобрали крупный пакет акций ТОАЗа, пытался сменить руководство завода, чего Махлаи ему простить не смогли. Сергей Махлай лично санкционировал операцию по осуждению и посадке Седыкина на реальный срок. Миссия была поручена адвокату Денису Симачеву. На первом этапе ему удалось подкупить нотариуса, которая отозвала свою подпись с заверенных Седыкиным у нее документов, что сразу сделало их «фальшивыми». Затем он договорился с местным руководством СК РФ о возбуждении уголовного дела и с судьей Лайсян Гиниятуллиной об обвинительном приговоре и реальном сроке для пенсионера. И лишь нерасторопность Симачева, не успевшего передать судье всю сумму целиком, спасло Седыкина от тюрьмы: он был признан виновным, но отделался условным сроком.

Наконец, «выстраиванием отношений» с местными надзорными органами — Росприроднадзором и Ростехнадзором занимался заместитель гендиректора ЗАО Корпорация «Тольяттиазот», депутат тольяттинской городской думы Виктор Казачков. Благодаря его стараниям эти ведомства годами не замечали многочисленных нарушений природоохранного законодательства и законодательства о промышленной безопасности. А внедренная в местный Ростехнадзор бывшая сотрудница ТОАЗа Раися Абдрахманова, тесно сотрудничавшая с Казачковым, помогала улаживать любые вопросы: согласовывала липовые акты проверок, подписывала подложные экспертизы промбезопасности и т. д. Об этом в 2019 году писали многие СМИ.

Коррупционная защита Махлаев может казаться непробиваемой, однако, как бы им этого не хотелось, это не так. Вне всяких сомнений, коренной перелом в деле ТОАЗа произошел в прошлом году, когда Комсомольский районный суд Тольятти заочно приговорил Махлаев и их подельников к реальным срокам тюрьмы. Еще 10 или 15 лет назад такое просто невозможно было бы себе представить. Махлаи активно сопротивляются, не желая возвращать на завод похищенные миллиарды и активы, и напрягают все до

последнего коррупционные мускулы. Но они лишь пытаются отсрочить неизбежное. Государство приняло твердое решение искоренить на ТОАЗе мафиозный беспредел. И новое коррупционное дело против Махлая и Попова — лучшее тому подтверждение.