В регионе разгорается новый скандал с выводом денег с "Тольяттиазот"

Есть версии, куда уплывают сотни миллионов долларов США

«Тольяттиазот» — одно из крупнейших предприятий Самарской области, выпускающее продукцию, пользующуюся стабильным спросом во всем мире — аммиак и карбамид. Тем более странной кажется ситуация, в которой оказался завод — его название все больше упоминается либо в связи с криминальной хроникой, либо с чрезвычайными происшествиями.

Часть 1. Фрахт: куда уплывают сотни миллионов долларов США

Почему у некогда одного из самых передовых предприятий отечественной химической промышленности не хватает денег не только на поддержание оборудования в работоспособном и безопасном состоянии, но даже на сырье? Мы попытаемся ответить на этот вопрос с помощью серии журналистских расследований о том, как, куда и по каким каналам выводятся в офшоры средства с ТОАЗа.

Сегодня мы публикуем ее первую часть, в которой расскажем, как через договоры фрахта и эксплуатации судов с ТОАЗа выводится не менее 60 миллионов долларов в год. Бывшему «красному директору» ТОАЗа Владимиру Махлаю удалось приватизировать огромный завод по схеме для малых фирм в начале 90-х. С тех пор основной задачей Махлая, а затем и его сыновей и партнеров, стал вывод прибыли ТОАЗа в офшоры, так как делить ее с другими акционерами Махлай не хотел, считая завод своей семейной вотчиной. Еще 20 лет назад вместе со своими швейцарскими партнерами он разработал схему трансфертного ценообразования, по которой продукция завода по заниженной цене продавалась швейцарской офшорной компании Nitrochem Distribution AG, принадлежащей швейцарским друзьям Махлая, которые продавали ее на мировом рынке уже по справедливой цене. Неучтенную прибыль подельники делили между собой, она не возвращалась на завод, с нее не платились налоги. Таким образом с завода только за 2008–2011 годы были похищены 77 миллиардов рублей. Но в 2012 г. Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту мошенничества против участников преступной схемы. В 2019 году это закончилось для них заочным обвинительным приговором.

Но после начала уголовного расследования и особенно после вынесения приговора выводить деньги отработанным способом стало куда сложнее, но Махлаи сдаваться и прекращать хищения не собирались. Они создали множество альтернативных каналов, по которым деньги завода продолжают утекать в офшоры, минуя и «Тольяттиазот», и его трудовой коллектив, и российскую казну. Одним из таких каналов стал судовой фрахт и услуги коммерческой эксплуатаци судов. До 1 декабря 2016 г. ТОАЗ не нес никаких затрат, связанных с эксплуатацией судов. От предприятия требовалось лишь доставить аммиак в порт Одессы, то есть по аммиакопроводу «Тольятти — Одесса». Все вопросы заказа судов, логистических услуг по фрахту, погрузочно-разгрузочных работ, лоцманских услуг, прокладки маршрутов, простоя судов, страхования грузов были в зоне ответственности упомянутой выше компании Nitrochem Distribution AG, входящей в холдинг Ameropa AG швейцарца Андреаса Циви. В ходе реализации так называемой «программы трансформации» тогдашним заместителем генерального директора «Тольяттиазота» Дмитрием Межеедовым (впоследствии он станет генеральным директором) было решено с помощью новой кадровой команды.

Для этих целей в 2014 г. из Ernst & Young на должность заместителя гендиректора по коммерческим вопросам ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» перешел Гришин И.В., а вместе с ним — Николай Мосальцев и Максим Обухов. С одного из предприятий Тольятти была приглашена София Дюкова, хорошо знакомая Сергею Махлаю, неоднократно выезжавшая на переговоры с ним и руководством Nitrochem — Андреасом Циви и Беатом Рупрехтом, а также финансовым директором Ameropa AG Майклом Спиритусом, сыном кадрового офицера ЦРУ Алана Спиритуса. Эта команда вместе с сотрудниками Ernst & Young, адвокатской компанией «Нортон Роуз» и Майклом Спиритусом разработали проект договора об оказании услуг по управлению коммерческой эксплуатацией судов, который одобрил лично Сергей Махлай. В итоге 1 декабря 2016 г. договор был заключен. Со стороны ТОАЗа его подписал тогдашний гендиректор Вячеслав Суслов. В соответствии с договором все права по оказанию фрахтовых услуг перешли к корпорации Prime Gas Management Inc., зарегистрированной на Маршалловых островах и учредившей отделение в Афинах. По данному договору Prime Gas получила эксклюзивное право на осуществление чартерных перевозок, что характерно, без всяких тендеров.

Сторона по договору была предложена Сергеем Махлаем, все договоренности проводились И. В. Гришиным, а выбор контрагента на правах контролера узаконил Дмитрий Межеедов. Все операции (выбор поставщика топлива, требования к качеству топлива, цена за тонну, порты обеспечения и т. д.) были возложены на Управляющего Prime Gas Management Inc. На эту компанию также был возложен расчет всех затрат по эксплуатации судов (сведения о рейсах, о заходах в порты и каналы, затраты по инспекциям в портал и терминалах, техническое обслуживание и ремонты), страховых услуг по судам и грузам, судебные процедуры и так далее. ТОАЗ перечислял на счет Управляющего 400 тыс. долларов США на каждое судно в виде оборотного капитала для обеспечения его деятельности, то есть, согласно условиям договора, для пяти судов сумма стартового аванса составила не менее 2 млн долларов. На основании прогнозных оценок требования к размеру оборотного капитала пересматривались ежемесячно и ежеквартально. То есть, сумма оборотного стартового капитала в 2 млн долларов не являлась фиксированной, а по факту ежемесячно увеличивалась.

Указанная сумма реально не являлась компенсацией последующих материальных затрат Управляющего по управлению коммерческой эксплуатацией судов, а представляла собой обыкновенный стартовый взнос в целях обеспечения неснижаемого остатка финансовых средств оборотного капитала на отдельных счетах по каждому судну для Prime Gas. Размеры оборотных средств периодически корректировались по требованию Prime Gas, но ТОАЗ не имел права отказать стороне в предоставлении согласия на увеличение оборотного капитала. Отчетность поступала в адрес ТОАЗа лишь спустя 45 суток после окончания квартала. Дополнительно Управляющий получал не менее 15 тыс. долларов ежемесячно в виде отдельного вознаграждения. Кроме того, Управляющий получал компенсацию на выплату заработной платы, на страховые взносы и канцелярские расходы.

Договор был заключен сроком на пять лет и регулировался английским правом. Для обслуживания договора ТОАЗ предоставил реквизиты Приволжского филиала «Промсвязьбанка» в Нижнем Новгороде. По дополнительному соглашению № 1 от 30 декабря 2018 г. между ПАО «ТОАЗ» и Prime Gas, от предприятия также требовалось еще и проплачивать по каждому судну дополнительный прогнозный аванс в размере 250 тыс. долларов. То есть, для пяти судов эта сумма составила 1,25 млн долларов. Дополнительным соглашением к тайм-чартеру с компанией и Northwind Transenergy AS (Норвегия) ТОАЗ в качестве фрахтователя за первый период (с 2 февраля 2017 г. по 31 января 2018 г.) уплатил месячную сумму фрахта в размере 797 900 долларов, то есть, за первый год стоимость фрахта составила 9 574 800 за одно судно. Соответственно, за пять судов годовая сумма составила 47 874 000 долларов. С 1 февраля 2018 г. ТОАЗ в качестве фрахтователя уплачивает месячную стоимость фрахта уже не ниже 909 000 долларов, то есть 10 908 000 за одно судно в год и 54 540 000 долларов за пять судов. ТОАЗ без вопросов согласился и с последующей корректировкой стоимости фрахта.

После увольнения Гришина И.В. договор вел заместитель генерального директора ТОАЗа по финансам Неплюев Н.В. В настоящее время договор курирует генеральный директор Дмитрий Межеедов вместе со своим заместителем Пустынниковым В.С. С 2018 г. его непосредственным исполнителем является сотрудник ЗАО «Корпорация «Тольяттиазот» Артем Кузин, имеющий опыт работы логистом в Турции. По оценке бывшего коммерческого директора ТОАЗа Судниковой Г.Е., затраты предприятия на оплату расходов по фрахту возросли в десятки раз ввиду отсутствия информации по контролю за движением судов. Ранее покупатели продукции ТОАЗа Nitrochem оплачивал лишь конкретный рейс, то есть, доставку определенного объема аммиака.

Но с 1 декабря 2016 г. (даты заключения договора) ТОАЗ взял на себя все затраты по содержанию судов независимо от периода эксплуатации вне зависимости от загрузок, сроков эксплуатации, смены и состава команд. Иными словами, ТОАЗ несет 100% затрат по содержанию иностранных предприятий, даже не имея доступа к отчетам об их деятельности. ТОАЗ не может проконтролировать ни загрузки, ни эксплуатацию, ничего. На новых рынках Средиземноморья и Черноморья (Турция, Тунис, Марокко, Болгария, Египет) в портах не принимаются корабли с большим водоизмещением. ТОАЗ отправляет в порты с загрузкой не менее 20 тыс. тонн аммиака, а порт может принять лишь 5 или 10 тысяч тонн.

Таким образом, судно разгружается лишь частично, что не является эффективным с логистической точки зрения. При этом ТОАЗ берет на себя все расходы по дополнительной доставке указанных партий в 5–10 тыс. тонн. Когда фрахтом занималась NitrоСhem, она не осуществляла доставку партий меньше 20 или 40 тыс. тонн аммиака. ТОАЗ также вынужден регулярно оплачивать все счета, выставляемые Prime Gas Management Inc. и Northwind Transenergy AS. Реального контроля за расходом средств, их объемами завод не осуществляет. Все связанные с этим вопросы находятся строго в ведении гендиректора Межеедова. Он принимает единоличные решения по платежам. Никакие другие службы завода — ни служба экономической безопасности, ни экспортный отдел, ни отдел анализа цен не имеют права контролировать исполнение договоров фрахта.

Бывший коммерческий директор ТОАЗа Судникова Г.Е., ранее взаимодействовавшая с Nitrochem и Ameropa, считает, что никакой целесообразности менять условия формирования цен, тарифов и условий для завода не было. Гришин И.В. не предоставил никакого обоснования для этого. Он просто отстранил от работы сотрудников отдела экспорта, осуществлявших исполнение контрактов с Nitrochem. В результате ТОАЗ не располагает информацией о работе судов в течение календарного месяца, рейсах, портах захода. Возможно, суда используются для транспортировки грузов неких других компаний. Информация о работе Prime Gas Management Inc. и Northwind Transenergy AS of Norway является закрытой и не подлежит ни аудиту, ни анализу, ни обсуждению.

Деятельность обоих этих компаний курирует лично уже упомянутый нами Майкл Спиритус, сын офицера ЦРУ Алана Спиритуса. После создания новой схемы вывода средств Гришин И.В. в 2017 г. уволился с ТОАЗа, получив крупное денежное вознаграждение. Он вернулся в Ernst & Young и в настоящее время работает там. Были уволены также Мосальцев, Обухов, Дюкова и другие члены новой команды. Тем самым, как полагали авторы схемы, они исключат возможности утечки любой информации о ней.

Но они просчитались. В рамках нашего расследования эти сведения все-таки оказались опубликованными. С учетом всех выплат за т.н. услуги фрахта ежегодно с ТОАЗа нелегально выводится около 60 миллионов долларов. С учетом периода действия контракта — с декабря 2016 года по декабрь 2021 года сумма выведенных средств может составить 300 миллионов долларов. По имеющейся информации, незаконными схемами вывода средств с «Тольяттиазота» посредством договоров фрахта уже заинтересовались СКР, ФСБ и ФНС. Не исключено, что в ближайшее время в связи с открывшимися сведениями будут возбуждены новые уголовные дела.

В этом случае к уголовной ответственности будут привлечены не только заказчики незаконных схем (Сергей и Владимир Махлаи), но и исполнители (такие как Дмитрий Межеедов), а также их пособники (Гришин, Мосальцев, Обухов и др.). Остается надеяться, что по результатам расследования этих схем незаконно выведенные с завода денежные средства будут возвращены предприятию, а виновные получат заслуженное наказание. В следующих статьях этого цикла мы продолжим рассказывать о схемах и каналах вывода прибыли с ТОАЗа.